Авторы: Керргайн; Мироцвет;

Корректоры: Юрий Конаков; Ysaira;

Обложка: Корчма "Куролиск".

Уважаемые читатели!

Создание сего рассказа не обошлось одними лишь достоверными фактами, записанными на страницах истории Азерота. Авторы взяли на себя смелость придумать приключение, переплетённое с реальными событиями. Во избежание недопонимания они будут выделены в ходе повествования.

Пролог

В пещере было темно и холодно. Затхлый запах неприятно щекотал ноздри, вызывая приступы тошноты. По гранитным стенам длинными змеями растянулись цепи, едва мерцая тусклым отблеском во мраке, а в дальнем углу лежали сваленные в кучу тряпки. Пленнику иногда казалось, что они подрагивают, будто вымокший на улице бездомный щенок.

Маркиз Энриль Осенний Лист повис безвольной марионеткой, прикованный к стене, как мотылёк или кукла вуду. Путешествие в Зулдазар оказалось намного опаснее, чем эльф крови мог предположить. Хоть территория и принадлежала Орде, внутренние распри, подтачивающие зандаларов изнутри, сильно осложнили путешествие. Маркиза вовсе не беспокоили подобные трудности: ему совершенно не было дела ни до войны, ни до политических интриг, ни до коварных замыслов тёмных сил. Путь эльфа лежал в сердце Зулдазара, туда, где спряталась его единственная надежда. Однако безумные тролли —  фанатики культа крови —  схватили его как раз в тот момент, когда Энриль был ближе всего к разгадке. Вероятнее всего, они сами хотели заполучить сокровище, которое вот уже несколько лет искал маркиз.

Энриль пошевелил руками, пытаясь понять, насколько крепко его приковали к стене, и тут же поморщился от острой боли, натянувшей его нервы словно струны. В ответ на бряцанье цепей зашевелилась гора тряпок, недовольно и тихо зарычав. Маркиз не смог различить, кто там прячется, но решил повременить с выяснением ответа на этот вопрос. Вряд ли он сможет что-либо сделать в своём измученном состоянии, а потому маркизу остаётся только восстанавливать силы и продумывать план побега…

Художник: Jaime Jasso

В послеобеденный час в Королевской библиотеке Штормграда царило непривычное волнение: оживлённый шёпот разливался в воздухе, словно морские волны, становясь то громче, то тише. Харрисон Джонс, склонившийся над картой Зулдазара, периодически недовольно хмурил брови от непривычного шума.

— С чего мне соглашаться, Элиза? — хмыкнул археолог, отрываясь от пергамента, разложенного на массивном дубовом столе. Он бросил мрачный взор на сидящую напротив эльфийку, чей коричневый жилет и белая рубашка элегантно подчёркивали стройный стан.

— Насколько я знаю, вам как раз такое нравится, — невозмутимо ответила исследовательница. — К тому же маркиз был вашим близким другом.

— Раньше нравилось, теперь нет. Мне, знаете ли, и здесь неплохо. А Энриль, — Джонс ненадолго умолк, подбирая слова, — я бы назвал его не другом, а дружеским соперником.

— Мргллргрллгл! — покачав головой, ответил сидящий рядом мурлок. Он так укоризненно посмотрел на археолога, будто разочаровался в давнем приятеле.

— Стал скучным? — переспросил Харрисон. — Ну, что поделать. Судьба порой складывается непредсказуемым образом.

— И тем не менее, — произнесла Элиза, блеснув тёмными линзами очков, не обращая внимания на перепалку собеседников. – Вы единственный, к кому мы можем обратиться с такой деликатной просьбой.

— Не вижу в ней ничего такого секретного, из-за чего вы так скрываетесь, — вздохнув, ответил археолог. — Так что было в последнем сообщении от маркиза?

— Что он нашёл нечто. Нечто неописуемое, что привело его в дикий восторг. И ещё он упомянул некоего Принца Воров. Кто он, нам неизвестно, — Элиза чуть улыбнулась, со скрытой надеждой посмотрев на Харрисона.

— Какой интересный титул, — пробормотал Джонс, вернувшийся к изучению карты. — Дикий восторг, говоришь? Энриля? Этого безэмоционального истукана?

— Боюсь, что да, — ответила эльфийка, немного нахмурившись. — Он был сильно воодушевлен.

— Мрглглгмгрмгмрглм! — воскликнул сэр Финли, хлопнув в ладоши. — Мргрлргрлгмглмгм.

— Хорошо, — угрюмо хмыкнул Харрисон, хотя в душе его зашевелилось что-то сродни давно позабытому азарту. — Я согласен. Давно не выходил на «полевую» работу.

Харрисон жил в торговом квартале Штормграда, и, хотя почти всё время проводил либо в библиотеке, либо склонившись над пыльными фолиантами, либо обучая юные умы археологии, изредка он всё же заходил домой, но и то только для того, чтобы заглянуть в свои записи и найти подтверждение очередной теории. В связи с этим дом археолога напоминал скорее заброшенный учебный класс: на столе, полках и даже на полу — всюду высились горы книг и свитков. Сэр Финли неодобрительно покачивал головой, глядя на беспорядок, и аккуратно обходил возвышающиеся над ним горы фолиантов.

— Не нравится моя берлога, приятель? — иронично заметил Харрисон.

— Мглр, — коротко сказал мурлок, передёрнув плечами. Археолог был уже полностью готов к путешествию: за его спиной висел рюкзак, доверху забитый всем необходимым, а на голове красовалась шляпа с круглыми краями, которая придавала мурлоку вид младенца.

Джонс лишь усмехнулся в ответ. Он достал из-под кровати небольшой кожаный чемодан и громко чихнул, когда пыль высоким столбом поднялась в воздух. С собой исследователь по давнему полузабытому обыкновению решил взять дневник и комплект сменной одежды. Харрисон никогда не видел смысла нагружать себя в путешествии ненужными вещами. Как правило, он терял чемодан в первые же дни очередной исследовательской вылазки, а потому со временем научился ограничиваться только самым необходимым. Однако археолог всегда брал с собой пистоль и хлыст — неизменные атрибуты, которые уже не раз спасали ему жизнь.

Собрав все свои скромные пожитки, Харрисон в последний раз взглянул на комнату, как он делал это каждый раз, отправляясь в очередное путешествие. С домом его практически ничего не связывало, но именно здесь исследователь чувствовал себя спокойно. Впрочем, поскольку археолог был натурой, склонной к приключениям больше, чем к каким-либо ещё занятиям, искомое спокойствие ему требовалось нечасто.

Путешественники достигли порта Штормграда за полчаса пути. Возле пристани стояло всего несколько военных кораблей под синим флагом: разразившаяся накануне война заставила Альянс действовать быстро и решительно. Сам Харрисон к политическим играм относился довольно прохладно: он не понимал, зачем кому-то нужно воевать, если в мире ещё столько неизведанного. Впрочем, если бы не было войн, то археолог лишился бы половины своих находок.

Путники довольно быстро нашли корабль, отправляющийся в Боралус. Он был битком заполнен героями, спешащими отправиться к новым землям, поэтому исследователям пришлось сильно постараться, чтобы занять себе место. Само путешествие прошло тихо и спокойно. Харрисон целыми днями рассматривал карту, расспрашивал у матросов и других путешественников обо всём, что им было известно о Зулдазаре и Кул-Тирасе. Информации было немного, но данное обстоятельство тем более подогревало интерес археолога. Сэр Финли же зачастую глядел на безбрежное ласковое море, сидя на борту корабля, и что-то записывал в свой дневник. Чем были заняты его мысли, угадать было невозможно, а сам мурлок предпочитал отмалчиваться. Однако за несколько дней пути путешественники успели лучше узнать друг друга, и между ними появились первые ростки крепкой дружбы. Такой, которая длится всю жизнь.

Художник: PlanK-69

Когда островной город показался на горизонте, мурлок вышел из оцепенения и начал с нетерпением смотреть вдаль, пытаясь разглядеть в стремительно приближающейся чёрной точке очертания башен и главной крепости.

— Ну что, друг мой, ждёшь не дождёшься, когда окажешься на суше? — подошёл к мурлоку Харрисон, когда корабль уже причаливал к пристани.

— Мгрлргрлмлргрл! — с небывалым воодушевлением ответил сэр Финли, как-то особенно радостно блеснув моноклем, который, видимо, никогда не снимал.

— Тогда пойдём, — улыбнулся Харрисон. — Нам предстоит выяснить, как можно добраться до Зулдазара, и, возможно, тут есть кто-то, кому известно о Принце Воров побольше нашего. Хоть я в этом и сомневаюсь.

Археологи провели в столице всего несколько часов. За это время они не узнали ничего нового, что могло бы навести их на след Принца, но зато выяснили, что только корабли Седьмого Легиона ходят между Кул-Тирасом и Зандаларом. Попасть на один из них не представляло никакой сложности, а потому исследователи немедля отправились в путь. Сэр Финли, также лично знакомый с маркизом Энрилем, очень переживал за него и постоянно торопился, немного нелепо подпрыгивая при ходьбе. Впрочем, это не мешало мурлоку с восторгом осматривать город, отмечая каждую мелочь в архитектуре столицы Кул-Тираса.

Путь до тропических джунглей занял у исследователей ещё сутки: их корабль, подгоняемый попутным ветром, стремительно нёсся по всё такому же спокойному морю.

Зулдазар встретил путешественников кристально чистым небом, сияющим лазурным куполом, и песчаным берегом. Корабль Седьмого Легиона остановился, не подплывая близко к берегу, поэтому археологам пришлось спуститься в лодку и добираться до суши самостоятельно. Сэр Финли стоял на носу лодки, будто капитан настоящего судна, высматривая подходящее место для высадки.

— Мрлгрглмргмлргрлм, — сказал он, указав пальцем на понравившееся ему место. — Млргрлмг.

— Хорошо, — вытирая тыльной стороной ладони пот со лба, ответил Харрисон.

Лодка летела по воде, словно выпущенная на волю морская чайка. Вскоре её нос уткнулся в раскалённый песок, и путники наконец оказались на суше, оглядываясь по сторонам. На западе смутным пятном виднелась пристань одного из прибрежных городов троллей. На востоке, судя по карте, скрывался Дазар'алор, но даже его силуэт невозможно было разглядеть через окаймляющие берег джунгли. Они густой зеленью обступили прибрежную полосу, резко контрастируя зеленью с практически белоснежным песком. Высокие деревья сплелись между собой кронами, а их вековые стволы обхватили толстые лианы. В сумраке леса Харрисон увидел смутную тень — силуэт или морок, исчезнувший уже через секунду. Археолог предпочёл сделать вид, что ничего не заметил, и снял с плеча рюкзак, достав оттуда карту Зулдазара, создавая иллюзию занятости.

— Последний раз маркиз вышел на связь на севере. Недалеко от руин Ксибалы. Судя по карте, там ничего нет, но, скорее всего, никто из Альянса ещё не успел изучить местность достаточно хорошо.

— Мрлг, — согласно кивнул сэр Финли, но в его глазах читалась тревога. Он жестом указал на джунгли, притворившись, что отмахивается от надоедливой мошкары.

— Ксибала в нескольких днях пути отсюда, — словно ничего не заметив, продолжил Харрисон. — Мы можем отправиться туда. Вполне вероятно, мы найдём там что-то ценное, раз маркиз отправился оттуда прямиком за Кулоном.

Тень в деревьях зашевелилась: она дрогнула и исчезла, чтобы затем выйти на солнечный свет и обернуться высоким жилистым троллем. Незнакомец, с копьём наперевес, облачённый в одну лишь набедренную повязку, устремился к путникам в лёгком беге. Сэр Финли тут же обнажил свою шпагу и немного припал к земле, готовясь к атаке. Раскрашенное боевой окраской лицо тролля озарилось хищным оскалом: он поудобнее перехватил оружие и побежал прямиком на Харрисона, проигнорировав опешившего от такой наглости сэра Финли.

Джонс тем временем достал свой кнут и одним движением с лёгкостью выбил из руки тролля копьё. Дикарь, будучи обиженным в лучших чувствах, недовольно зарычал.

— Бвонга убить твоя! — возопил оскорблённый тролль. — Сломать твоё череп!

— Твоей речи достаточно, чтобы сделать мне плохо, — с усмешкой ответил Харрисон.

— Обидно, Джонс, — растянувшись в клыкастый улыбке, произнёс в мгновение успокоившийся тролль. — Я чуть язык не сломал, пока получилось говорить с таким акцентом.

— А твой собственный тебя уже не устраивает? — ехидно спросил Харрисон, едва увернувшись от дружеского, но очень уж крепкого хлопка по плечу.

Тролль бы с радостью ответил на очередную колкость археолога, но услышал лёгкие шаги за своей спиной. Обернувшись, он с удивлением увидел летящего на него в высоком прыжке мурлока, занёсшего шпагу для удара. Вид у сэра Финли был такой воинственный и комический одновременно, что Бвонга едва успел перехватить нападающего в полёте, сотрясаясь от смеха. Мурлок повис как марионетка и тут же замолотил лапами, извиваясь лучше змеи.

— Млгрглмргл! — яростно возопил мурлок, гневно сверкая глазами.

— Это что ещё такое? — удивлённо вопросил тролль. — Джонс, старина, я в тебе разочарован. С каких пор ты в напарники берёшь говорящую зелёнку?

— С тех самых, как ты начал притворяться безмозглым дикарём, — в тон ему ответил Харрисон. — Финли, знакомься — наш проводник. Это ему я отправил письмо, когда мы отплыли из Штормграда. Не обращай внимания на него и его плохое чувство юмора.

Мурлок тут же успокоился и недовольно посмотрел на тролля.

— Млргрл! — возмущённо сказал он, грозно сверкнув глазами.

— С тобой шутки плохи, да, лягушонок? — от души рассмеявшись, спросил Бвонга. — Ладно, так и быть. Иди.

Сэр Финли с видом истинного аристократа поправил костюм и убрал шпагу в ножны. Вид при этом у него, по мнению тролля, был до того несуразный, что он вновь рассмеялся.

— Рад тебя видеть, Джонс. Сколько лет прошло с последней нашей встречи?

— Давай только без змей! — встрепенулся Харрисон и невольно передёрнул плечами. — Без шуток, пожалуйста.

— А ты так и не оценил её? — притворно обиженно спросил тролль.

— Бвонга, ещё один раз, и у тебя на одного друга станет меньше, — непреклонно ответил археолог.

— Ладно, понял, — махнув рукой, ответил давний приятель. — А это кто такой? Небось лучший специалист в этой вашей Лиге.

— Ты же к нам присоединиться не захотел, — пожав плечами, промолвил исследователь, а затем театрально развёл руками. — Веди нас на запад, к руинам Ксибалы…

— Да-да, топай уже, — несколько раздражённо прервал Бвонга. — Мне солнце скоро уже всю макушку напечёт.

Путники двинулись под крону густого леса, туда, где их ждала тень и прохлада. Сэр Финли вновь вприпрыжку помчался впереди всех: очевидно, ему не нравился полуденный зной. Харрисон и Бвонга не особо спеша шли следом, перекидываясь колкими фразами. Они давно не виделись и за прошедшее время заметно друг для друга изменились. Бвонга вместо привычных косичек решил обзавестись высоким алым ирокезом и парочкой новых шрамов на предплечье. Но и помимо этого, в нём произошли практически неуловимые перемены: тролль будто даже ходить начал по-другому. Только его голубые глаза по-прежнему светились ехидством и озорством. Харрисон же, по мнению приятеля, превратился в бледную поганку и покрылся пылью, которая оседает на его обожаемых книгах.

— Удалось что-нибудь выяснить о Принце Воров? — поинтересовался Харрисон, пока они шли к небольшой опушке. Там тролль привязал пару равазавров, на которых путникам следовало добраться до руин.

— Я похож на ищейку? — недовольно спросил приятель. — До меня доходили какие-то слухи, но я никогда не вникал. Не общаюсь с отребьем, знаешь ли.

— Ну и зря, — возразил Харрисон. — Зачастую информацию можно выяснить только у них.

— Ты забыл, Джонс, что я не такой больной… археолог, как ты.

Исследователь только хмыкнул в ответ. Путники наконец вышли на поляну, где их терпеливо ждали привязанные к стволам деревьев равазавры.

— Джонс, ты извини, но когда ты сказал про напарника, я подумал о нормальном, здоровом человеке… Ну или кто у вас там ещё есть. Никак не думал, что ты притащишь с собой головастика, — сказал Бвонга с нескрываемым ехидством.

Он выжидательно наблюдал за битвой между мурлоком и равазавром, который словно вообще не чувствовал ни тяжести на спине, ни тяги узды. Сэр Финли, однако, не сдавался. Он даже один раз пришпорил животное, но безразличный равазавр лишь махнул головой, будто от чрезмерно докучливой мошкары. Наконец мурлок принял всю бесполезность борьбы с животным. Он гордо спрыгнул на землю и стремглав умчался в лес.

— Я знал, что он долго не выдержит! — громко улюлюкая, провозгласил тролль.

Харрисон ничего не ответил. Он молча подошёл к равазавру и погладил по голове. Животное довольно сощурило глаза и припало на передние ноги. Археолог провёл рукой и по шее, а затем прикрепил свой рюкзак к седлу.

— Джонс! — воскликнул тролль, — Тебе не жалко оставлять лягушонка тут? Его ведь и съесть в лесу могут.

Не успел Бвонга выдать очередную обидную шутку, как из леса, гордо восседая на крабе, выехал сэр Финли. Его глаза так ярко сияли, что трудно было не заметить, как он доволен собой. Мурлок величественно проехал мимо замолчавшего в изумлении тролля и остановился рядом с Харрисоном, который уже успел оседлать равазавра.

— Лягушонок, а ты способный малый, — смиренно произнёс тролль, подходя к своему животному. — Не годишься для вуду.

Харрисон устало вздохнул и укоризненно посмотрел на Бвонгу.

— Это будет долгий путь, — широко улыбаясь, развёл руками приятель.

Путники практически не останавливались до самого вечера. Лишь на закате, когда лес погрузился в непроглядные сумерки, искатели приключений решили сделать привал на ночь. Освободив равазавров, они разожгли небольшой костёр, расстелили лежаки и сварили суп из рыбы, которую Бвонга успел выловить утром. Тролль отмылся от краски и надел обычные коричневые штаны с бежевой майкой. Теперь он напоминал не дикаря, а попрошайку-отщепенца, которых сам и недолюбливал. Сэр Финли устроился на пеньке возле огня и задумчиво глядел то на загорающиеся на небе звёзды, то на танцующие языки пламени.

— Время для вечерних баек, что думаете? — весело спросил Бвонга, принёсший из леса охапку прутьев. — Только предупреждаю сразу! Язык земноводных я не понимаю.

— Млргрмл, — обиженно заявил сэр Финли, посмотрев на Харрисона.

— Он всё равно не поймёт, — ответил археолог, присаживаясь на бревно рядом с троллем.

— Что это я там не пойму? — вопросил Бвонга, пробуя обжигающе горячий суп.

— Как прекрасно окунуться в лоно науки и начать разбираться в чём-то кроме обидных шуток.

— Я хотя бы не оброс книжной пылью! — с достоинством ответил тролль. — Ты, Джонс, слишком уж засиделся в своей библиотеке. Когда ты в последний раз участвовал в раскопках или в обычном походе? Или ты только рассказываешь сказки молодёжи о древних, никому не нужных реликвиях?

— Там не так уж плохо…

— Даже не начинай, не получится, — непреклонно прервал друга Бвонга. — Ты самый настоящий книжный червь, а не археолог! Как тебя ещё из Лиги не выгнали? Слышал, кстати, что среди ваших появился настоящий безумец, решивший обогнуть Азерот за восемьдесят дней.

Харрисон не ответил, лишь скептически скривил рот. За последние дни его пребывания в Штормграде весь город успела облететь новость о чудном аристократе, заключившем несуразное пари.

— Во всяком случае, он не тухнет в библиотеке, — резонно заметил Бвонга. — Разве ты не соскучился по старым денькам? Вспомни хотя бы Зул'Аман или тех троллей из Седых Холмов…

Харрисон невольно замечтался, мысленно отправившись в своё первое настоящее приключение. Он тогда был ещё совсем юным и неопытным, хотя к тому моменту уже продолжительное время находился под чутким руководством Бранна Бронзоборода. Молодой археолог вовсе не хотел проводить все дни склонившись над древними толстыми книгами. Его душа рвалась в путь, чтобы разгадать самые тёмные тайны, найти невероятные артефакты, раскрыть все загадки мира. Но живой ум и страсть к приключениям приходилось утолять испещрёнными рунами книгами, в которых описывались иной раз такие обыденности, что можно было впасть в уныние. Харрисон, однако, не отчаивался и читал всё, до чего только мог дотянуться, пока однажды предметом его изысканий не оказалось племя Амани…

Художник: breath-art

С давних пор тролли населяют весь Азерот. За многовековую историю их общество разделилось на множество племён, у каждого из которых сложилась своя религия, традиции, образ жизни и место обитания.

Племя Амани поселилось на севере нынешних Восточных Королевств ещё в те времена, когда Калимдор был единым континентом. Тролли возвели город Зул'Аман, ставший сердцем молодой империи, отголоски которой можно встретить и по сей день. Лесной народ обособленно жил под сенью деревьев, ревностно оберегая свои территории на протяжении долгих веков.

Так продолжалось до тех пор, пока в густые леса не явились бежавшие с другого материка Высокорождённые. Их вела неутолимая жажда магии и тщеславие. Высшие эльфы обнаружили источник мощных лей-линий, на котором возвели Солнечный колодец, а после и прекрасный город Луносвет. Это событие положило начало многовековой войне, ведь тролли, хоть и не обладали магией подобно незваным чужакам, отличались поразительной хитростью и злопамятностью.

Но, несмотря на все усилия жителей леса, Амани ждал крах: колдовские чары эльфов и их новых союзников, людей, сломили противостояние троллей. Практически полностью разбитое племя было вынуждено спрятаться в тени, залечивать раны и ожидать часа возмездия. Зул'Аман превратился в пустынный город-призрак, на многие века оставшийся нетронутым в глубине леса.


После того как небеса Азерота озарились яркой вспышкой и на остров Лазурной Дымки упал корабль дренеев Экзодар, а эльфы крови наконец очнулись от апатии и принялись восстанавливать своё королевство после опустошительного натиска Плети, доселе мёртвый Зул'Аман незаметно для всех окружающих начал оживать. Но не ведали о том искатели сокровищ. Однажды открыв для себя существование древней столицы, они вознамерились войти под её своды, дабы найти неведомые сокровища и несметные богатства...

Харрисон Джонс оказался первым, кто пришёл к вратам города. Снедаемый нетерпением, он желал войти в заброшенный Зул'Аман и наконец раскрыть все его тайны. Вскоре к нему присоединились одни из тех героев, слава и подвиги которых на протяжении долгих лет живут в памяти жителей Азерота. Харрисон Джонс, вероятно, уже и не помнит лиц тех смельчаков, ведь в первую очередь его всегда интересуют тайны и загадки.

Врата Зул'Амана оказались накрепко запечатаны. Тролли наверняка их закрыли, чтобы уберечь столицу от взглядов (и не только!) нескромных гостей, которых никто не приглашал. Поэтому Харрисон оказался перед преградой на пути к знаниям. Как открыть врата? Как проникнуть за массивные створки и выведать секреты троллей? Ответ оказался слишком прост...

Когда пришли герои, Джонс решил позвонить в стоявший рядом гонг. Чем руководствовался в тот момент археолог, трудно сказать: возможно он думал, что врата зачарованы и удары в гонг развеют магию. Возможно, просто предположил, что на столь громкий звук сбегутся все жители Зул'Амана. Каким бы ни был расчёт исследователя, он сработал: после очередного удара створки распахнулись, исторгнув из себя лавину разъярённых троллей.

Харрисон Джонс едва не погиб в той битве, а секреты Зул'Амана оказались куда страшнее, чем можно было предположить. Вместо сокровищ, волшебных реликвий и загадок герои обнаружили воистину тёмные силы, собравшиеся в недрах города. Тролли использовали вуду, чтобы наделить избранных воинов силой лоа, превратив их в настоящие машины для убийства...

Только совместными усилиями герои Азерота смогли остановить ужасные замыслы Амани. Харрисон, обнаруживший в столице совсем не то, что ожидал, покинул Зул'Аман, чтобы вновь отправиться на поиски загадок Азерота...

Художник: Вадим Симанин

— Джонс, ты уже спишь, что ли? — громко спросил Бвонга, хлопнув товарища по плечу. —  Не выдерживаешь, да? Уже тихий час нужен?

— Мрлгр грлмлгмр мгрмлгмргмлгмр! — недовольно пробасил сэр Финли, грозно посмотрев на тролля.

— Это далеко не самая обидная его шутка, — весело хохотнул Харрисон. — Не переживай, к концу путешествия ты к ним привыкнешь.

До руин Ксибалы путники добрались только к концу следующего дня, когда солнце лениво начало уплывать за горизонт. Бвонге пришлось весь день проводить спутников сквозь густые заросли папоротника, вечно голодных равазавров и враждебно настроенных зандаларов, небольшими отрядами марширующими по лесу. Настроение у тролля было не самым радужным, но окончательно его испортил моросивший дождь, из-за которого одежда путников набрякла и неприятно липла к телу.

— Надо быстро осмотреть руины, пока солнце окончательно не скрылось за горизонтом, — сказал Харрисон, останавливая равазавра возле одной из полуразрушенных арок. — А потом мы сможем устроить ночлег. Что скажешь, Финли?

— Млгрглррглгрлмгрмлмгмргл, — согласно кивнул мурлок. Он ловко спрыгнул со своего скакуна и бодрым шагом направился внутрь руин, будто забыв про своих спутников.

— Какой славный малыш! — умилённо воскликнул Бвонга, взмахнув руками. — В каком иле ты раскопал этого лягушонка?

— Примерно в том же, что и тебя, — ответил Джонс, поправляя кнут, привязанный к поясу.

— Справедливо, — развёл руками тролль, вспоминая свою первую встречу с именитым археологом. — Что, так и не рассказал никому эту историю?

— Ты же сам со слезами на глазах умолял меня молчать, — многозначительно улыбнувшись, ответил Харрисон.

— Я прослезился от той кучи пыли, которую ты поднял, раскапывая очередной артефакт, будь он неладен, — возмущённо ответил Бвонга, одним ловким движением руки закрепивший длинное копьё за спиной. Благоразумие Бвонги проявилось только на второй день путешествия: после неприятной встречи с дикими пантерами он решил надеть свою лёгкую кольчужную броню, успевшую истрепаться за многие годы.

Старые друзья вместе прошли под аркой, внимательно изучая каждый иероглиф, выщербленный на кирпичных колоннах. Сэр Финли уже обнаружил что-то интересное: мурлок достал из рюкзака небольшую лопату и принялся с небывалой увлечённостью раскапывать землю. Глядя на его воодушевлённое, полное восторга лицо, Харрисон подумал, что энтузиазма у исследователя больше, чем было когда-то у него.

Харрисон достал из кармана небольшую лупу, под линзой которой стал изучать каждую трещину, сколы и подозрительно примятую траву. После четверти часа пристального наблюдения исследователь обнаружил едва приметные капли крови на основании одной из колонн.

— Бвонга, удалось найти что-нибудь интересное? — поинтересовался Харрисон, доставая из травы клочок бумаги, на котором размытыми чернилами был написан едва различимый текст.

— Ничего такого, о чём бы я сам не догадался, — хмуро ответил тролль. По своему обыкновению, когда дело доходило до серьёзных вещей, Бвонга отбрасывал в сторону свою шутливость, становясь сконцентрированным и внимательным. — Тут точно была заварушка. И я готов пятак поставить на то, что проигравшей стороной оказался твой маркиз и поволокли его именно отсюда.

— Кто? — рассеянно спросил Джонс, пытаясь разгадать послание из записки.

— Понятия не имею. Это могли быть ваши дружки из Реликвария или местные недоброжелатели. И тут точно были тролли крови. Я чувствую их гниль, — последние слова Бвонга произнёс с явным отвращением и сплюнул на землю.

— Эльфы довольно искусны в бою… К тому же Энриль, по данным Элизы, в тот момент путешествовал уже не один. Значит, здесь должна была произойти настоящая битва.

— Всё равно дождь уже размыл почти все следы, — пожав плечами, ответил Бвонга. — Так что мы ничего больше здесь не найдём. Кстати, твой лягушонок себя не закопает?

Харрисон обернулся и увидел, что от сэра Финли видна только макушка, а возле ямы высится приличная горсть земли.

— Джонс, — тихо прошептал внезапно напрягшийся Бвонга. На его резко посерьёзневшем лице белой полосой выделялся давний шрам, протянувшийся от левого виска к носу, — две рваные полосы, оставшиеся после битвы с пантерой.

— Слышу, — ответил археолог, делая вид, что пристально изучает очередную каменную табличку. Медленно, стараясь не выдать своего намерения, Харрисон потянулся к рукоятке пистоля, висевшего на поясе.

Неожиданно тихие джунгли огласились громкими криками дикарей. Сэр Финли, вздрогнув, выронил лопатку и выглянул из ямы. Монокль выпал из его правого глаза, а сам мурлок стремительно достал шпагу, готовясь к бою.

Тролль, облачённый только в набедренную повязку, неожиданно спрыгнул с дерева.  Однако Бвонга, обладающий тонким слухом, успел заметить наглеца задолго до того, как тот залез на дерево. Зандалар резко развернулся и метнул в дикаря охотничий нож, который всегда носил с собой. Нападавший фанатик по-детски удивлённо хлопнул глазами и свалился на землю безвольной тушей. Тут же из засады выскочили разгневанные сородичи погибшего, глаза которых пылали жаждой отмщения.

Харрисон стремительным движением достал из кобуры пистоль и выстрелил одному из бежавших к нему троллей в голову. Его товарищ яростно зарычал и метнул в ответ копьё, пронёсшееся всего в сантиметре от лица археолога, успевшего скрыться за колонной. Краем глаза он увидел, что к его временному укрытию бежит четвёрка троллей. Археолог быстро перезарядил пистоль и выглянул из-за колонны. Практически не целясь, он выстрелил в одного из нападающих, сразив его наповал. Буквально через пару секунд троица разъярённых троллей предстала перед исследователем, гневно скрипя зубами. Харрисон ловким движением выбил из рук ближайшего тролля копьё и резко увернулся от удара другого. Закинув конец кнута на склонившуюся сверху ветку, археолог разбежался и подпрыгнул в воздухе, а затем изо всей силы толкнул одного из дикарей ногами. Он почему-то оказался особенно неповоротливым и неуклюже повалился на землю, нелепо вскинув руки. Исследователь вырвал из его рук копьё и проткнул им грудь не успевшего прийти в себя фанатика. С двумя оставшимися троллями искатель артефактов справился так же легко и быстро: одному он поднырнул под плечо, а затем проткнул под рёбрами, а атаку второго парировал, после чего пнул противника по ногам. Тролль повалился на колени, выгодно подставляя для удара горло, чем Харрисон и воспользовался. Окончив бой, археолог поспешил на помощь товарищам.

Художник: Glenn Rane

Бвонга тем временем покрепче перехватил копьё и злостно улыбнулся. Если его друг Харрисон всей душой ненавидел змей, то сам тролль презирал последователей культа крови — безумных фанатиков, алчущих силы и не признающих ничего святого. Бвонга немного подался вперёд, оценивая силы противников и просчитывая первый удар. Пять троллей обступали его со всех сторон, яростно сверкая дикими глазами.

Один из безумцев напал первым, попытавшись проколоть Бвонге бок. Тролль быстро увернулся, скользящим ударом парировав выпад. Фанатик не устоял на ногах и оступился, чуть не уткнувшись лицом в землю. Бвонга не стал упускать момент: он погрузил древко копья на добрый дюйм в основание черепа тролля, который конвульсивно дёрнулся, издал непонятный хрюкающий звук и, недвижимый, осел на землю.

Тем временем из-за спины к Бвонге подбирались два других тролля. Их лица, раскрашенные ритуальными татуировками, исказились от ярости. Охотник едва успел отскочить в сторону, уворачиваясь от топора, чей владелец хотел раскроить ловкачу череп. Бвонга проворной змеёй скользнул вбок и словно невзначай мазнул остриём копья. Металлический росчерк смешался с ручейком крови, брызнувшим из горла тролля. Пока дикарь судорожно сжимал рану, пытаясь остановить кровотечение, Бвонга резким выпадом заколол его товарища со спины, попав копьём меж рёбер.

Оставшиеся фанатики бросились на охотника с яростным рычанием. Бвонга метнул в одного из них верное копьё и попал в самое сердце. От удара другого тролль, будто даже не стараясь, быстро увернулся, сумев выхватить топор из рук опешившего от такой наглости дикаря. Уже через мгновение его голова оказалась в намокшей от росы траве, сверкая оттуда выпученными глазами.

Охотник довольно осмотрелся. Насвистывая весёлую песню, он отправился за копьём, не замечая, как сзади бесшумно подкрадывался ещё один фанатик, занёсший топор для смертельного удара. Только едва слышный хруст пожухлой травы выдал убийцу. Бвонга резко обернулся и недоуменно задрал брови: культист с перекошенным от боли лицом упал на землю, а с его спины ловко спрыгнул сэр Финли, вытирая окровавленную шпагу об одежду фанатика.

— Лягушонок, а у тебя есть зубки, — довольно промолвил Бвонга, широко улыбнувшись. — Джонс, ты в порядке?

— В полном, — ответил подошедший археолог. — Финли, успел раскопать своё сокровище?

Мурлок радостно кивнул и полез в нагрудный карман куртки. В следующую секунду на его оранжевой ладошке бронзой блеснул выщербленный по краю медальон. Его ободок был испещрён мелкой вязью иероглифов, а в центре алмазными глазами мерцал грозно оскалившийся череп.

— Полагаю, это один из ваших древних диалектов, Бвонга, — изучив вещицу под лупой, сказал Харрисон. — И половина текста стёрта. Сможешь расшифровать, что здесь написано?

— Что-то про смерть и ритуал, — хмыкнул тролль, осмотрев монетку. — Впрочем, ничего нового.

— Ладно, тогда ещё раз осмотримся и уходим, — сказал Харрисон, закидывая рюкзак на плечо. — Я видел недалеко отсюда подходящую для ночлега опушку.

Повторное изучение руин не принесло никаких результатов. Даже следы лап троллей, которые не размыло дождём, исчезли после нападения культистов. Уставшие за день путники быстро собрались и отправились устраивать привал. Они не заметили, как за ними безмолвно наблюдала тёмная фигура, скрытая под сенью леса.