Последний бой Короля джунглей Тернистой долины оказался недолог. Обессиленный, он атаковал орка, который будто врос в песок арены. Три питомца охотником вцепились в лапы горилле и держали их мертвой хваткой. Предплечья короля усыпалось стрелами, и передние лапы его с грохотом опустились на землю. Атакующему впереди воину осталось нанести завершающий удар. Кровавый Барон поднялся со своего места, вытянув руку и показал зрителям свой кулак. Толпа замерла в ожидании. И тут рука Барона показала большой палец, опущенный вниз. Трибуны взревели в диком восторге. Вокруг скандировали: «Убей! Убей! Убей!»

Орк отошел на пару шагов и откинул свой щит. Громадная машина для убийства, которая когда-то была королем джунглей, уже ничего не могла ему сделать. Пасть гориллы была распахнута, из неё текла слюна и кровь. Король тяжело дышал, понимая, что ему осталось недолго. Взметнув над собой свой одноручный топор, орк решил наконец-то покончить с мучениями достойного соперника. Трибуны притихли.

— Стой! — раздался крик с трибун, — В такой победе нет чести! Он уже был изранен и вымотан. Вы только добиваете его! — капитан "Буревестника" не смог сдержать эмоций от увиденного.

— Я пришел сюда не за честью, — ответил ему орк-воин так, чтобы слышала вся арена, — а за наградой!

— А я согласна с человеком, — неожиданно вмешалась Дорма, — этот зверь был нам уже не соперник.

— Что!? — проревел орк, — я никому не позволю усомниться в моей храбрости! Ни оркам, ни тем более людям! Мы оставим в живых это создание, слышал, Хал?

— Так тому и быть. Вы сами выбрали свою награду за этот бой, — ответил Драго, и сделал жест организаторам. Сразу же открылись внутренние ворота арены, выкатили большую клетку и посадили туда обессиленного короля джунглей. Как только ворота закрылись, глашатай объявил следующий бой.

— Из самого сердца Бездны появилось это создание. Оно не знает жалости. Оно не знает боли. Оно хочет только одного — убивать.

На арене появилась двухголовая гончая бездны, прямо из образовавшегося портала, который захлопнулся за ней. Кошмарная тварь отличалась поджарым, мускулистым телом и длинными конечностями.

Изрядно потрепав охотников, гончая все же пала, а команда телепортировалась на трибуны, залечивать раны до следующего боя и считать полученную награду.

Тем временем на арене появлялись новые чудовища, расправлявшиеся с авантюристами, и умирающими от клинков и магии опытных бойцов, которых набралось аж четыре команды. Среди них были Дорма Снежная Лилия и Милайя, дренейка-воин, в команде жрецов и паладинов некоего ордена служителей света. Они только что победили последнего противника и отправились на трибуны восстанавливать силы.

Автор Ангелина Жогина

— На арену выходит великий разрушитель! — объявил глашатай, — Берегите свой разум, ибо вы ничтожны перед ним!

Снова появился и исчез портал, из которого, паря по воздуху, вышла огромная зубастая голова, со множеством щупалец и одним единственным, змееподобным глазом. Это был наблюдатель.

— "Кровавые тени" завершат отборочные поединки! — снова встав со своего места, объявил сам главный организатор.

Появившийся Локтиний взял камень телепортации с бортика парапета, его примеру последовали остальные, и сообщил: «Наша команда рассредоточена по всей арене, но их мало. Не смотрите этой жуткой твари в глаз. Да не погаснут сегодня наши тени!»

С этими словами все пятеро переместились на арену. Двое юношей, старик, большой воин и девушка. Скинув походные плащи, наши герои остались в своих зачарованных доспехах. К тому времени арену освещало множество факелов, и ночь легла на тернистую долину. Лора практически растворилась в играющих на арене тенях. Мурлок и Элиас разумно отошли на задний план. Впереди стояли Черный Холм, в шипастых доспехах огров, и Локтиний, в белоснежных латах, получивших такой вид после магического преображения.

Раздался сигнал начала поединка, и Локтиний ринулся вслед за тауреном. Обходя голову справа, он выхватил и раздвоил свой клинок, чем немало удивил зрителей, увидевших быстрого и прыткого старикана. Холм же наоборот, с ревом бросился прямиком на врага, размахивая огромным двуручным топором.

Почти обежав разрушителя, Локтиний подумал: «Вот он шанс! Все внимание привлек таурен», — и бросился с близнецами-клинками прямо к демону. Но Холм остановился в двух шагах от цели и замер, а разрушитель, с непостижимой скоростью повернувшийся к старому эльфу, выстрелил в того потоком тайной магии. Локтиния отбросило в противоположный конец арены, и разбиться бы ему о стену, если бы не пузырь, созданный Муркой.

Но сила, с которой отбросило Локтиния была так велика, что пузырь не выдержал, и лопнув, позволил эльфу влететь с стену. Нагрудник лопнул, спали защитные чары, и перед публикой у стены, лежал уже не старик, а опытный эльфийский воин. Локтиний пытался что-то сказать, но из его рта потекла кровь. Тем не менее он смог подняться, опираясь на свои клинки. Ноги плохо слушались. Он сделал шаг, и перед ним возник таурен. Не человек огромного роста, а Черный Холм, с которого также пали чары, изменившие внешность. Глаза его горели красным и зеленым пламенем. Взревев и подпрыгнув, Холм нанес удар, способный разрубить пополам самого Конга Четырнадцатого.

— Очень интересно, — произнес Хал Драго, — Дайте ему золота, сколько я обещал, — сказал он своему казначею, — это была очень полезная наводка...

— Рад служить, рад служить, — кланялся и шаркал перед ним Крюк Удавкин.

А на трибунах ниже ставки принимали уже в пользу демона как один к десяти.
После нанесенного Холмом удара, поднялось облако пыли. Дорма и Милайя выглядели взволнованными, а глаза были красными от слез, ведь они узнали Локтиния.

Как только облако рассеялось, собравшиеся увидели, закованного в лед таурена, который начал бешено колотить топором по ледышке.

— Он под контролем, — еле прошептал старый наставник, — смотри...

— Я знаю, — ответил Элиас, в момент, когда его друг потерял сознание.

Положив наставника на песок, капитан обнажил свой клинок и бросился на таурена. Мурлок же, создал защитный пузырь и принялся врачевать над Локтинием. Освободившись ото льда, контролируемый таурен пытался пробиться к пузырю, чтобы добить свою добычу, но капитан не давал сделать ему и шага. На грубую силу Холма, тот отвечал легкостью и ловкостью движений, а также замечательным фехтованием. Но внезапно, таурен схватился за голову, выбросив топор, упал на колени и закричал в унисон с чудовищем, которому в единственный глаз воткнула один из своих кинжалов появившаяся Лора Ториевая Шпилька.

Звук, издававший разрушитель, заставлял пасть от страха, а некоторые из зрителей потеряли сознание. Придя в себя, Элиас и компания поняли, что маскировка пала с них всех окончательно. Наставник еще не пришел в себя, зато Холм, разорвав контакт с демоном, схватился за топор и кинулся к летающей голове, стреляющей красными магическими лучами во все стороны, в надежде покарать смертных. Опустившийся на нее топор вышел через пасть жуткой твари, которая испустилась зеленой, ядовитой жижей.

Автор Ангелина Жогина

Зрители ликовали. Это была яркая победа. Но глянувшись по сторонам, таурен увидел лежащую без движения Лору. Бросив топор и подняв ее на руки, он отнес и положил ее рядом с Локтинием, который уже начал было приходить в себя. У Лоры была разорвана драконья кольчуга, которая приняла основной магический урон, от случайно пойманного выстрела разрушителя. Мурлок незамедлительно принялся восстанавливать ее дыхание.
Вдруг свист, крики, возгласы, все стихло, кроме одиноких и каких—то жутких аплодисментов.

— Так, так, так. Вы только посмотрите на эти "кровавые тени", а может просто Чёрные крылья? — гул и шепот пронеслись над ареной, заставляя дрожать факелы. — Это же известный пират, а также разыскиваемый у себя на родине беглый преступник — Элиас Солнечная Тень.

Эта новость прокатилась волной по древнему амфитеатру троллей. Трое зрителей, доселе сидевших смирно, подскочили со своих мест. Один из них, как раз выиграл спор у Элиаса. Тот, что был с красным оттенком глаз.

— Они спасли мне жизнь, — прошептала Дорма.

— И мне... — прошептала, рядом стоящая Милайя.

— И мне... И нам... — послышалось с разных концов трибун.

По одному только жесту, к Барону Драго с разных концов подошли по представителю Орды и Альянса. Человек-паладин и жрица синдорай. Охрану фракций не подпустили к Халу.

— Ты обещал нам гнома, Хал. Не будет старого гнома, не будет и нашего покровительства, — начал человек.

— Мы забираем предателей Элиаса и Локтиния, с остальными делайте, что хотите, — продолжила эльфийка крови.

— Забирайте, но камень останется у меня, — парировал Барон, игнорируя представителя Альянса.

— Все, что есть у него, это древние реликвии нашего народа, и они принадлежат синдорай.

После таких речей обстановка на трибунах накалилась, угрожая шаткому перемирию, которое могло перейти в настоящую бойню.

— Если мы не получим то, за чем пришли, то и Орда не получит, — представитель Альянса почти перешел на крик. Его подчиненные за спиной, положили руки на оружие.

Командир Орды, невысокая, русоволосая, эльфийка, вгляделась в трибуны и произнесла:

— Мы не хотим кровопролития. Давайте сохраним перемирие.

— Мы покидаем Гурубаши, дабы не нарушить его, — закончил паладин и поклонился эльфийской жрице.

— Мы тоже, — подтвердила она своим кивком.

После чего военные отряды обеих фракций покинули трибуны. Зрители были шокированы происходящим, ну а гоблины уже начали предлагать ставки на дальнейшее развитие событий.

На арене Черный Холм держал свой топор наперевес рядом с колдующим над ранеными мурлоком. Мурка взглядом дал понять Элиасу, что Лора вне опасности, дыхание ее восстановилось, и он наложил целебные травы и бинты. Локтиний даже умудрился приподняться, но все еще сидел на земле. Вдруг раздался громкий смех, заставивший всех снова обратить свое внимание в боевой круг. Смеялся капитан "Буревестника".

— Похоже твоя хитрая ловушка не удалась. Может, я с тобой договорюсь, Хал Драго. Отдай мне белый камень и освободи всех рабов. Тогда ты будешь жить.

— У меня другие планы. Финальный бой. Кто убьет этого наглого эльфа и его компанию, станет чемпионом арены! — гул и недовольный свист понеслись как снежный ком в сторону Барона.

А на арене появились команды Дормы и Милайи. Встав плечом к плечу, они бросили вызов богатейшему человеку Восточных Королевств. К ним присоединись еще две команды, выигравшие свои поединки. Лидер одной из них подошел к Элиасу и протянул свою руку: «Ты спас мою дочь. Никогда этого не забуду».

— Ну хорошо! Будь по-твоему! — заговорил Барон, видя, что и этот план не удался, — ты хочешь, чтобы я освободил своих рабов?! Так вот же они! Встречай всех! — страшные звуки стали доноситься из подземелья арены, двери распахнулись, и на арену стали выходить ужасные и свирепые создания не из этого мира.

Сам же Барон, схватив у стражника арбалет, прицелился и сделал выстрел. Элиас готов был отразить стрелу, летящую к нему, но он просчитался. Стрела пролетела мимо, пронзив спину сидящего Локтиния. Дирижабль с сундуком скинул веревочную лестницу, забравшись на которую, Драго произнес: «Убить их всех», — после чего продолжил свой подъем. Охрана же, взяла на изготовку арбалеты и двинулась к парапету, чтобы выполнить приказ своего хозяина. Внизу на песке уже шла бойня. Она шла мимо Элиаса, который держал голову своего умирающего друга, жизнь которого еще поддерживал мурлок.

А наверху, на трибунах, шел свой бой, свободных жителей Азерота против наемников, пожалуй, главных работорговцев этого мира. Превосходя в числе в несколько раз наемников, жители быстро разоружили их и связали. Затем все неравнодушные помогли уничтожить оставшихся монстров, выпущенных Халом Драго. Подоспевшие копейщики, подчиненные Локтиния, подняли его на носилки и понесли к морю, где их уже ждала шлюпка. Мурка с Лори отправились за ними.

— Призови меня если придется, — произнесла Дорма Снежная Лилия, — Мой лук и топор навеки твои!

— Как и мой меч, и моя жизнь! — добавила Милайя.

— Надеюсь этого никогда не произойдет. И ваши жизни, будут только вашими. До встречи, друзья, мне надо спешить, — Элиас и Черный Холм, в сопровождении нескольких членов команды судна, направились к распахнутым центральным воротам арены Гурубаши. Ночь подходила к концу и звезды южном на небе потеряли свою яркость, однако побережье еще было усыпано собирающимися путешественниками. Подойдя ближе ко второй шлюпке, наши герои увидели в ней троих незнакомцев. Ночного эльфа Элиас узнал сразу. Тролля и человека видел в первые.

— Есть разговор, — начал ночной эльф.

— Поговорим на "Буревестнике", — оборвал его капитан. Все погрузились в шлюпку и отчалили от берега Тернистой долины.