Автор: Ольга Шварёва;

Корректор: Nivenor.

Лёгкий ветерок со стороны залитых солнцем южных полей Мулгора шевелил её тёмную гриву, когда она призывала духов предков на помощь. Слабо сочащаяся кровью рана затянулась прямо на глазах, оставив после себя тоненький шрам на белой коже. Малютка-таурен подняла восхищённые глаза на целительницу и обняла её изо всех сил. Аниша Водяная Грива расплылась в полной гордости улыбке и потрепала девочку по гриве. Ей доставляло особое удовольствие работать с детьми — её сердце радовалось каждому благодарному взгляду, который она получала от них. Её наставница, ратовавшая за привлечение своих подопечных к исцелению всех видов травм, только неодобрительно качала головой. Она считала Анишу слишком добросердечной даже для шу'хало.

Вот и сегодня Лама Облачная Песня попросила ученицу зайти к ней после завершения работ. Предчувствуя очередную долгую беседу о необходимости лицом к лицу встречать испытания, посылаемые ей судьбой, Аниша неохотно собирала травы и инструменты, в беспорядке раскиданные по мягкой, хорошо выделанной шкуре. Забросив суму со своими вещами на плечо, она неторопливо направилась в сторону Вершины Духов, посматривая по сторонам в поиске знакомых лиц. В последнее время в Громовом Утёсе стало появляться слишком много представителей других рас, и это её пугало. Пугало нарушение привычного и казавшегося таким естественным темпа жизни.

Добравшись до Вершины Духов, она застала наставницу одну. Лама сердечно поприветствовала девушку и указала ей на низкую, устланную шкурой скамейку напротив себя:

— Садись, милая Аниша, нам нужно поговорить. Как я неоднократно говорила тебе, твоя сила шамана-целителя очень велика, и мне, как твоей наставнице, просто необходимо, чтобы ты развивала свои способности и дальше. Работа с детьми, безусловно, приятна тебе, но в ней ты достигла всего, чего могла достичь, и сейчас просто топчешься на месте. Долго потоптавшись на одном месте, можно и яму вытоптать. Аниша, ты не должна зарывать свой дар в землю, и я хочу этом поспособствовать. Я созвала совет старейшин Вершины Духов, и все вместе мы нашли оптимальное решение вопроса: ты должна отправиться в путешествие.

Онемев от удивления, Аниша могла только смотреть на свою наставницу, слегка приоткрыв рот, а та, не услышав возражений, продолжила:

— Мы знаем, как опасен мир за пределами Громового Утёса и Мулгора, поэтому не собираемся отпускать тебя одну. В качестве спутника для тебя мы наняли Трогра Стального Щита — он скоро будет здесь, я хочу, чтобы ты познакомилась с ним сегодня, так как в путешествие нужно отправиться уже завтра — из города отправляется обоз на юго-восток, присоединившись к которому, вы спокойно доедете до лагеря Таурахо и сможете поехать на север или юг Степей.

Едва оправившись от удивления, Аниша сумела отметить необычное для таурена имя — в ходу у всех известных ей племён обычно были более мягкие имена, не звучавшие как удар стальной перчаткой в ворота. Она уже собиралась спросить у наставницы, как они смогли так быстро найти для неё провожатого, не занятого во внутренних конфликтах с иглобразами, как Лама вскинула голову, заметив кого-то в дверях. Её лицо озарила мягкая улыбка, и тауренша встала, чтобы поприветствовать прибывшего. Аниша поднялась вместе с наставницей, развернулась и замерла, ошарашенная снова. В дверном проёме, откинув закрывавшие вход шкуры, стоял воин-орк. Ниже тауренов на две головы, но такой же широкоплечий, как все воины её племени. Его кожа была зелёной, как молодая трава, нижняя челюсть сильно выдавалась вперёд, демонстрируя внушительные клыки, а глаза имели пронзительный фиолетовый цвет. Она поёжилась под внимательным и жёстким взглядом этих глаз, а Лама тем временем прошла мимо неё к незнакомцу и сердечно приветствовала его:

— Да хранит тебя Мать-Земля, Трогр Стальной Щит. Прошу, познакомься с моей ученицей, которую тебе предстоит сопровождать — Аниша Водяная Грива.

Всё ещё не веря своим глазам, Аниша на ватных ногах подошла к воину и слегка поклонилась ему, прижимая руку к груди. Снова окинув её оценивающим взглядом, Трогр прижал кулак к груди — видимо, у его народа это было приветствием, она плохо знала обычаи новых союзников, — и негромко спросил, с очевидным трудом подбирая слова на таурахэ:

— Скажи, почтенная Лама, почему ты нанимаешь меня для сопровождения молодой и полной сил тауренки? Она выглядит способной постоять за себя.

Лама лукаво улыбнулась и спокойно произнесла:

— Видишь ли, Трогр, моя любимая ученица Аниша, с тех пор как начал строиться Громовой Утёс, ни разу не выходила за пределы города. Она искусный целитель, полна доброты и сострадания, но совершенно не приспособлена к жизни, текущей там, снаружи. Я опасаюсь, что недобрый мыслями может воспользоваться наивностью Аниши и погубить её и её дар. Именно поэтому для её сопровождения нам понадобился опытный и сильный воин, и нам рекомендовали обратиться к тебе.

Хмыкнув и озадаченно покачав головой, Трогр повернулся к молодой тауренке и спросил:

— А что ты сама думаешь по этому поводу, госпожа Аниша?

Всё ещё смотревшая на него во все глаза девушка пролепетала:

— Если честно, я впервые вижу чужака так близко. И я никогда не стремилась покидать родной дом, кочевая жизнь племени не была для меня желанной...

— Что ж, это в корне меняет дело. Я расскажу тебе, кто я такой и откуда взялся, в дороге, идёт?

Видя, что ничего уже не изменить, и на решение её наставницы никак не повлиять, Аниша кивнула.

Художник: László Szabados

Следующее утро застало Анишу Водяную Гриву в составе обоза, направлявшегося к лагерю Таурахо. Для неё выделили старого неторопливого кодо, державшегося в середине каравана, а её спутник ехал верхом на огромном сером волке. Между ними висело напряжённое молчание, она уставилась на загривок своего ездового животного, медленно перебирая пальцами уздечку, а он невозмутимо поглядывал по сторонам — одновременно выискивая возможные источники опасности и любуясь красотой Мулгора. Любоваться было на что: вокруг, насколько хватало взгляда, раскинулась зелёная равнина, открытая малейшим дуновениям ветра. Этот самый ветер доносил до них пение птиц, шуршание луговых собачек в траве и и редкие вскрики дерущихся долгоногов. Солнце уже поднялось над окружающими долину горами и начинало припекать, прогревая прохладный воздух. Нужно было признать, неожиданное путешествие приятно разнообразило жизни Аниши, пугала только неотвратимая перспектива покинуть караван и остаться наедине с Трогром в неспокойных землях Степей, так далеко от дома.

Обоз продвигался через Мулгор на юго-восток несколько дней, и каждый из них она провела в молчании, привыкая к новой для неё обстановке. С погодой повезло: небо было чистым, за день солнце на славу прогревало воздух, и ночи не вынуждали их ложиться ближе к костру. Иногда она просыпалась и долго смотрела в звездное небо в совершенно меланхоличном настроении, пытаясь раствориться в окружающем её мире. Сейчас, за пределами мест, в которых она знала каждый камень, Аниша казалась себе крохотной песчинкой в пустыне, птенцом, выкинутым из родного гнезда. Конечно, в её детстве таурены всё ещё кочевали по Калимдору, но для неё эти годы остались где-то далеко в глубинах памяти, погребённые под более поздними воспоминаниями, связанными только с Громовым Утёсом.

По утрам она прогуливалась по лугам, не удаляясь от дороги и высматривая целительные травы, которые могли бы быть ей полезны. Трогр, просыпавшийся раньше неё, неотступно следовал за ней по пятам в полном молчании. После того, как он чуть не растоптал редкий цветок, он старался держаться в отдалении, так, чтобы не мешать и иметь возможность быстро оказаться рядом. Иногда вместе с ним гулял его волк, Агни — она мельком услышала, как Трогр разговаривал с ним. Для неё в этом не было ничего необычного — таурены с таким же дружелюбием и почтением относятся к животным, но от чужака она этого не ожидала. Он до сих пор не рассказал ей о себе, как обещал, и она посчитала невежливым напоминать ему об этом, особенно учитывая его неразговорчивость и невеликие познания в таурахэ. Ради справедливости, она вообще не представляла, как может звучать его язык: хоть шаманы орков и были частыми гостями в Громовом Утёсе, она в своём страхе перемен не приближалась к ним. Чувство стыда овладевало Анишей всё сильнее и сильнее.

Дорога постепенно шла вверх, и, оглянувшись назад, она могла увидеть залитый солнцем и дышащий спокойствием Мулгор, а впереди начинали вырастать ярко-оранжевые холмы Степей. Путь каравана закончился в Таурахо, большом лагере охотников и кожевников. На его единственной улице, образованной не какими-нибудь палатками, а добротными домами из дерева и кожи, собирались обозы, двигавшиеся в разных направлениях: обратно в Мулгор, на северо-восток, на юг. На северо-востоке располагался Перекрёсток, довольно крупный центр торговли, а далеко на юге, за землями недружелюбных иглобразов, в каньоне Тысячи Игл жили несколько племён тауренов в поселении, известном ей только по слухам: Застава Вольного Ветра. Настало время выбирать дальнейший путь.

Аниша спешилась и, погладив кодо по голове, подошла к громогласно обсуждавшим свои дела торговцам: голос одного из них показался ей знакомым. И действительно, Арпаш Тяжёлое Копыто, маленькую дочку которого несколько месяцев назад подрала взбесившаяся рысь, сразу узнал её.

— Да хранит тебя Мать-Земля, целительница! Что привело тебя сюда, так далеко от родного дома?

Безусловно, он знал о её домоседстве — сам неоднократно предлагал ей отправиться в путешествие с его караваном.

— Приветствую тебя, мастер Тяжёлое Копыто. Совет старейшин отправил меня повидать мир. Не откажешь мне в просьбе отправиться с твоим караваном? Только я не одна, мой спутник — Трогр Стальной Щит, сын народа…

Арпаш легко подхватил:

— Орков? Я знаю, сам советовал его услуги старейшинам, но не знал, что для тебя. Конечно, я буду рад вам обоим в моём караване, мы отправляемся через несколько часов.

Сняв свои заполненные травами и повязками сумки с седла кодо, Аниша поправила небольшой исцеляющим тотем, прикреплённый к поясному ремню, и отправилась через толпу тауренов к указанному Арпашем месту. Трогр уже стоял там, невозмутимо глядя по сторонам, Агни неподвижно сидел рядом с ним, прижимаясь к своему хозяину тёплым боком. Подойдя к ним, она опустила сумки на землю, слегка поклонилась и выговорила:

— Прости мне моё невежество, Трогр Стальной Щит. Я должна была раньше расспросить тебя о твоём народе и твоём доме, но поступила невежливо, погрузившись в собственные мысли. Прошу тебя, расскажи мне, откуда ты родом, и научи меня языку, на котором тебе будет привычнее разговаривать.

Воин посмотрел на неё смягчившимся взглядом и ответил, тщательно выбирая слова:

— Я расскажу тебе, госпожа Аниша, как и обещал, когда караван отправится в путь к Перекрёстку. И языку моих предков научу. В конце концов, между нашими народами много общего, и наши пути теперь станут одним путём.

Обрадованная его ответом, Аниша огляделась вокруг: светило солнце, привычное и родное, её окружали сородичи, и ожидал дальний путь. Когда-нибудь она научится получать от путешествий в неизведанные земли настоящее удовольствие, несравнимое ни с чем, а сейчас ей хватит и такого приключения. Вперёд, в Перекрёсток!